?

Log in

No account? Create an account

В берлоге у Лешего

Таблице умножения без разницы, вы продаете или покупаете.


Previous Entry Share Next Entry
Февральская революция и кризис власти
alex_leshy


К началу ХХ века незаконченность реформ давала о себе знать повсеместно - Российская империя была похожа на человека, больного множеством болезней, каждая из которых была несовместима с жизнью. Подробнее о самых из них значимых мы рассказали в двух предыдущих частях . Положение, наверное, мог спасти лидер, по масштабу личности сопоставимый с Петром I или Екатериной II, в окружении сильных и верных единомышленников, но вместо них у руля страны оказались Николай II с бесчисленной армией практически выродившихся и абсолютно бесполезных аристократов без идей и воли.

Российская монархия являлась абсолютной, и после 1917 года всю вину за случившееся было принято свалить на несчастного Николая II, что для многих очень удобно, но в принципе неверно. Никакой человек в одиночку не в состоянии управлять сто восьмидесяти миллионной империей, даже на уровне глобальных стратегических решений. Империей управляла достаточно большая группа лиц, и государь был лишь одним из них - формально самым главным человеком царской администрации.

Николай II занял руководящую должность в возрасте 26 лет. От своего отца Александра III он унаследовал не только трон, но и несколько сотен сановников, включая членов царской фамилии, из которых, собственно, уже был сформирован руководящий аппарат, а любые кадровые перемены были возможны только в рамках этого круга. Ситуация была в общем-то рутинной - так начинали все без исключения государи. Главная трагедия заключалась в другом - все предшественники последнего русского императора - Александр I, Николай I, Александр II и Александр III- уже до вступления в высочайшую должность имели определённые планы внутренней и внешней политики, иcxодя из чего строилась кадровая политика. К несчастью, молодой император Николай II никаких планов не имел, и все его действия во внутренней и внешней политике были исключительно ситуативными.

Многочисленные исследователи дневников Николая II находят описания быта, природы, мелких повседневных событий...и ни слова о будущем вверенной ему державы. Чтобы не быть голословными, представим личные записи будущего императора в те трагические дни, когда в Ливадийском дворце умирал Александр III.

27 сентября 1894 г.:"Утром пили кофе, вместо прогулки дрались с Ники(третий сын греческого короля - ВЗ) каштанами, сначала перед домом, а кончили на крыше. В 2 часа отправились верхом к водопаду; влезали выше второй площадки. Опоздали к чаю. Сандро и Ксения обедали у себя - провели вечер без них!"

28 сентября: "День был хороший, ветер стихал, хотя пароходы в море здорово качало. После завтрака отправились верхом за Папа и Мама, Ксенией и Сандро в Массандру. Управляющий Шелухин угостил нас земляникой и персиками, орехами и каштанами. Получил два письма от милой дорогой Аликс".

29 сентября : "Утро было ясное, но к полудню небо затянуло тучами, хотя было совершенно тепло. Опять дрался с Ники шишками на крыше".

Напомню Николаю Александровичу было 26 лет - не юноша уже - и через три недели он станет императором! Вполне естественно, что после коронации новый император Всероссийский, кроме последовательного выдавливания из госаппарата всех мало-мальски ярких личностей, ничем более в кадровой политике не отметился. Тут ещё надо отметить разрушительное влияние супруги Николая II, патологически боявшейся любого волевого русского аристократа рядом со своим венценосным супругом. История сохранила записку Александры Фёдоровны от 8 января 1916 года, где мужу она предлагала "По окончании войны тебе надо будет произвести расправу.." и далее речь шла не о революционерах, а о сановниках и генералах.

Сам принцип управления империей Николаем II был, мягко говоря, странным. Царь с семьёй постоянно вдали от своего же правительства - в Царском селе, в Петергофе или в Ливадии. В то время как правительство заседало в Петербурге. Министры для доклада царю в Царском селе тратили целый день! Доклад в Ливадии отнимал более недели. А бывало, император располагался на яхте "Штандарт", радиосвязь с которой начали шифровать только после 1 августа 1914 года! А ведь монархия была абсолютной и все важные решения и назначения в обязательном порядке визировались на высочайшем уровне.

Самое страшное, что высших сановников империи такое положение вещей в принципе устраивало и выбрать других, более прогрессивных людей было просто не из кого. Даже ближайшие родственники Царя, занимая самые наиответственные посты, вели себя так, будто они не члены правящей династии, а обыкновенные наёмные менеджеры, задача коих - работать поменьше, да воровать(именно воровать) побольше!

В военном управлении делами империи были две архиважные должности - генерал-адмирал и генерал-фельдцейхмейстер. Они заведовали материальным обеспечением армии и флота абсолютно во всём -от винтовок и линейных кораблей до сёдел и обмоток - и подчинялись напрямую государю. С середины ХIХ века эти места занимаются только членами императорской фамилии. В наследство от отца Николаю II достались генерал-адмирал Алексей Александрович Романов и в наследство от деда - Михаил Николаевич Романов на посту генерала-фельдцейхмейстера. При Николае II артиллерийские дела выделили в отдельное управление под руководством Сергея Михайловича Романова. Для осознания масштаба сиих личностей приведём несколько нелицеприятных примеров.

Михаил Николаевич с 1881 по 1909 безвылазно жил на лазурном берегу во Франции, откуда каким-то таинственным образом осуществлял руководство вопросами военного обеспечения русской армии. Алексей Александрович прославился феерическим ответом на доклад начальника морской академии А.Епанича об отчислении нескольких офицеров:"Неужели из-за того, что офицеры не имеют установленных балов, их надо отчислять из академии? Вот я никаких этих девиаций, навигаций и прочих не знаю, а я генерал-адмирал". Цусимская катастрофа у вас всё ещё вызывает удивление? Ну а Сергей Михайлович, будучи руководителем Театрального общества и огромным поклонником талантов (не только театральных) Матильды Кшесинской, оставил после себя прекрасный балет и отвратительную артиллерию.

Великий князь Сергей Михайлович вместе с Кшесинской, которую использовали в качестве подставного лица, организовали преступное сообщество, по заказу Российского правительства занимавшееся производством французских пушек "Шнейдер" во Франции и частично на частном Путиловском заводе. Всё как сейчас - проводили подставные конкурсы с заведомо известным победителем, фирмой "Шнейдер", несмотря на то, что немецкие пушки Круппа технически всегда были лучше! Деньги перекачивались через подставную фирму Кшесинской и Путиловский завод. Причём последний с заказами хронически не справлялся, но другим, государственным, военным заводам заказов не давали. Французы также свои обязательства выполняли крайне неаккуратно, с большими проволочками. Вследствие чего казна тратила бешеные деньги, а дефицит артиллерии в армии был ужасным, государственные заводы, например Обуховский или Мотовилихинский (Пермский), простаивали, рабочие не получали зарплаты, что вызывало социальную напряжённость и рост радикальных настроений. Но очевидно там с коррупцией было не так "хорошо", как на частном Путиловском заводе, вот и не давал великий князь Алексей им работы. Через эту схему прошли заказы на более чем 80 % всей русской артиллерии!

Полиция всё знала и ничего не предпринимала, ибо в случае расследования этой коррупционной многоходовочки можно было загреметь на каторгу за оскорбление царской фамилии. Эпопея афер на Путиловском заводе кончилась тем, что к 1 января 1915 года он не сдал ни одного тяжёлого орудия, а общий объём выполненного госзаказа не превысил 50%. И только под давлением военных неудач власти пошли на национализацию завода, но ни один из высокопоставленных фигурантов не пострадал, они благополучно отбыли во Францию.

Мы представили эти примеры не для того, чтобы очернить оптом всех Романовых или отдельно самого царя. Эта краткая иллюстрация позволяет с полной уверенностью заявить, что в начале ХХ века вся царская фамилия представляла из себя достаточно жалкое зрелище. В ней не было ни одной фигуры, по масштабу сопоставимой с предыдущими Российскими императорами. Николай II был не лучше и не хуже своих ближайших родственников. Замени его на кого-нибудь из них, результат был бы тот же. Причём кадровые проблемы начались задолго до Николая II, просто до него они в какой-то степени компенсировались масштабом личности предыдущих императоров. И вот такие люди, сподвижники царя, его опора и, в случае чего - замена занимались стратегическим управлением империи.

Как следствие, администрация Николая II на протяжении двадцати пяти лет принимала одно стратегически неверное решение за другим или вообще ничего не делала для решения давно перезревших вопросов.

Тут было всё. Ошибки в сфере военного строительства, в результате которых Россия проиграла войну 1905 года противнику заведомо ниже классом, и столь трагически неудачно начатая Первая мировая война. Чего стоит одно только назначение двух генералов - Самсонова и Ренненкампфа - командующими армиями с задачей совместным броском в Пруссию решить исход войны в самом начале. Всем было хорошо известно, что ещё в русско-японскую Самсонов на вокзале в Мукдене дал по морде Ренненкампфу, и они люто друг друга ненавидели. Более того, Ренненкампф владел поместьями в Германии, а его сын был кайзеровским офицером.

Да и само участие России в войне против Германии, с которой у России никаких существенных противоречий не наблюдалось, на стороне Англии - исторического геополитического противника нашей Родины, до сих пор вызывает огромное недоумение. Как Николай II мог войти в альянс с Британией, когда последняя открыто поддерживала российских нигилистов всех мастей, а российские социал-демократы свободно жили и вели свою антигосударственную деятельность из Лондона?

Эту ошибку принято "объяснять" неподъемными французскими кредитами, связавшими российскую экономику неразрывными путами и вынудившую Царя встать на сторону Антанты. Определенная логика тут, безусловно, присутствует. Вот только кроме французских, в Европе имелись и другие кредитные источники, в том числе - немецкие и американские, так что выбор вариантов был, в отличие от управленческих способностей Николая II. Просто одна ошибка цепляла другую, та - третью, и в конечном итоге их цепочка привела страну к краху.

Во внутренней жизни правительство Николая II до последнего старалось ничего не делать, хотя о переменах общество просто кричало. Даже если принимались хоть какие-то робкие попытки решить наболевший вопрос, к примеру - крестьянская реформа Столыпина, то практически сразу сама же царская администрация свои же реформы тормозила изо всех сил. Есть вполне обоснованная версия, что Петра Столпина убили с ведома правительства, и Царь знал о готовящемся покушении на своего премьер-министра. Как бы то ни было, реформу свернули сразу после гибели реформатора.

Вообще крестьянский вопрос выявил полную неспособность российской бюрократической системы подняться выше старых феодальных понятий и банального личного стяжательства. Крестьянин - формально свободный подданный, страдал от безземелья, а помещики за наёмный труд платили унизительно мало. В западной Европе эту проблему достаточно успешно решала миграция за океан. В России была масса своих неосвоенных земель, и за море ехать надобность отсутствовала.

Для легального переселения крестьянину требовалось всего лишь формальное разрешение полиции, и - езжай осваивать новые русские земли. Но не тут-то было. Официальные разрешение на переселение получали несколько тысяч человек в год, при том, что запрос был миллионным. Процесс тормозился на абсолютно всех уровнях, как уездного полицмейстера, так и имперского министра и царского сановника. Причём они все вместе не стеснялись озвучивать причину запрета миграции крестьян - неизбежный рост стоимости труда батраков. Всё потому, что вся власть принадлежала потомственным дворянам, которые в принципе были против рыночных отношений в своих поместьях. И провал столыпинской реформы был обусловлен именно угрозой прихода рыночных отношений между батраком и помещиком. В случае успеха возникала та самая капиталистическая конкуренция рабочей силы на селе, чего русские аристократы боялись как чёрт ладана. Естественно, Пётр Аркадьевич стал личным врагом практически всего русского дворянства. И это несмотря на то, что Столыпин был жёстким, жестоким управленцем, самым решительным образом подавившим революционные выступления в стране. То есть угроза мятежа дворянскую бюрократию страшила гораздо меньше, чем угроза кошельку и традиционному образу жизни. Как результат - оборванная в самом начале реформа оставила после себя ещё большее социальное расслоение крестьянства, без создания (как это было задумано) значительной прослойки состоятельных фермеров, опоры трона на селе.

В России Николая II удивительным образом уживались либеральные начинания Александра II с диким средневековьем. Параллельно существовали суд присяжных и право губернаторов ссылать любого неугодного человека в Сибирь. При этом среди сосланных "политических" обычно было менее 5%. Известны гнусные примеры, когда после отказа театральной актрисы вступить в связь с большим чиновником высылался весь театр, или влиятельные родственники, желая уберечь своего отпрыска от мезальянса с бедной девицей, уговаривали губернатора отправить всё семейство бедной девушки в долгий путь. Таким образом власти сами себе штамповали противников из людей никакого отношения к нигилистам не имевших. Пресса об этом писала непрерывно. Правительство, Царь получали массу жалоб на подобный произвол... и никакой реакции не последовало.

Думская история выглядит одним сплошным театром абсурда. По официальной версии, испугавшись событий 1905 года, власти сначала запустили проект государственной Думы, но тут же продемонстрировали полную неспособность управлять новыми процессами парламентаризма. А когда показалось, что революционная беда миновала, вообще попытались всё свернуть. Но уже было поздно, буржуазия почувствовала вкус власти, и остановить её было решительно невозможно.

Впрочем, так все выглядит, если изначально считать всех своих предков полными идиотами, в собственных поступках совершенно не руководствовавшимися никакой здравой логикой. В действительности логика в поступках правящей элиты имелась, проблема заключалась лишь в том, что она содержала грубейшие системные ошибки.

К началу ХХ века "на Западе" - тогда аналогом этого понятия являлось выражение "в Европе" (произносится с придыханием) - стала популярной идея парламентской демократии. В двух формах: республиканской, как у французов, и конституционно-монархической, как у британцев. Но обе они опирались на общий принцип обязательности представительства народа в высших органах власти. Если в средневековом представлении государство являлось только административным механизмом для обеспечения власти монарха над подданными, то демократия полагала, что государство должно существовать для блага народа. И в чем это благо заключается, стало быть, тоже должен решать народ сам.

Эти идеи появились не вчера, против них Российская Империя воевала еще на полях сражений с Наполеоном. И долгое время - почти век! - абсолютной монархии в России удавалось процесс демократизации обходить или затаптывать. В том числе чисто бюрократически, как во времена Николая I. А теперь попробуем представить, во что вылилась эта проблема к началу ХХ века. Уровень жизни крестьянства падает, а степень недовольства - растет. Дворянство от поисков решения устраняется и тоже демонстрирует падение лояльности к Престолу. Правящая элита - всего несколько десятков наиболее крупных и богатых дворянских родов - сути происходящего не понимает, а предлагаемые ею способы создают в народе только ещё больше недовольства. И все вместе, пусть и разными словами, требуют демократии, а чуть ли не каждый второй интеллигент так вообще берется писать свой проект Конституции. И это еще которые самые мирные. Остальные так прямо валом прут в бомбисты. Даже такому не очень высококлассному управленцу, как Николаю II, становится очевидна необходимость принятия каких-то решительных мер. Но каких? Может действительно - все поправит демократия? Вместо того, чтобы собственный народ расстреливать, как в 1905, может лучше его выслушать? Понятное дело, лучше - по британскому варианту. Кто может сказать, что это решение нелогично или неадекватно?

Государь в Империи парламент разрешил. Пусть и чисто в совещательном виде, но по сравнению с традициями это было гигантским шагом вперед. Но увидев тот дикий балаган, который сразу учинили в стенах Государственной думы народные депутаты, уже через 72 дня Царь ее разогнал к чертям собачьим. И любой из вас на его месте поступил бы точно также! Народные избранники вели себя хуже диких обезьян, по недосмотру внезапно оккупировавших капитанский мостик корабля. Почему британский или французский парламенты работают эффективно, а у нас не вышло? Может что-то в правилах выборов поправить? Поправили. Попробовали. Вторая Государственная дума просуществовала немногим дольше - 102 дня. Ее тоже пришлось разогнать.

Третья попытка продлилась дольше, но итоги получились не лучше. 17 ноября 1909 дело даже дошло до настоящей дуэли между членом фракции Октябристов Председателем Думы Гучковым и членом той же фракции графом Уваровым. В результате Уваров был легко ранен, из фракции вышел и в следующую думу уже не выбирался. Гучков, как Председатель, уголовному преследованию не подлежал, но летом 1910 года добровольно снял с себя полномочия и предстал перед судом. Заключение отбывал в Петропавловской крепости. Правда, вскоре был помилован Царем и с началом новой сессии Думы снова был избран Председателем. Как и две первые, III Дума справилась только с самыми мелкими рутинными вопросами и оказалась категорически неспособной разрешить те принципиальные проблемы страны, ради поиска которых она затевалась.

В ноябре 1912 года монархия предприняла последнюю попытку дать народу возможность поучаствовать в управлении государством. 15 ноября была избрана IV Государственная дума. Она просуществовала до Революции, но пользы стране тоже не принесла.

Как так получилось? А разве оно могло выйти как-то иначе? Британская парламентская демократия берет начало с Великой хартии вольностей, составленной в июне 1215 года британской знатью, недовольной итогами правления Иоанна Безземельного. И демократии в ней было не больше, чем воды в пустыне. И про народ там не говорилось вообще ничего. Права предоставлялись только баронской знати. Чтобы стать "народной" (со всеми, безусловно справедливыми, оговорками) этой демократии потребовалось более шести сотен лет аккуратных шагов и мелких уступок.

Иными словами, к вменяемому и ответственному Парламенту Британия очень долго шла и путь сей был отнюдь не выстлан розами. А тут буквально в два притопа - три прихлопа! Четыре пятых населения - крестьянство - которое веками только пахало, тягло тащило (платило подати) да рекрутов в армию поставляло и отродясь в государственном управлении не участвовало никак. Для них что демократия, что реституция, что проституция - одинаково абстрактные иностранные слова. Впрочем, они и не рвались в демократию, Дума их интересовала исключительно как возможность убедить Царя дать крестьянам землю.

Но и дворянство, увидевшее в Парламенте возможность как-то возвысится, как выяснилось, ничем управлять также решительно не умело и постичь науку не стремилось. С интеллигенцией дело оказалось ещё хуже. Эти вообще вели себя как истерички. Самое ужасное, что все депутаты потрясали демократическими лозунгами, но в практических делах каждый из них стремился все решать исключительно привычными приёмами самого замшелого деспотизма. Никому и в голову не приходило, что договариваться с другими людьми, фракциями, группами и партиями обязательно надо. Практически все вели себя по принципу - если не по-моему, то пусть тогда вообще никак. Не гнушаясь прямых оскорблений, в том числе - действием. Они в принципе ничем управлять не умели и не могли, а вся попытка одним лихим наскоком ввести в Империи демократию оказалась самым обычным карго-культом.

Мы сознательно обходим тему Распутина. Чисто по-человечески царскую семью можно понять. Традиционная медицина была бессильна помочь царевичу Алексею, и только старец неведомым образом мог останавливать кровотечения мальчика. Но против Царя и его супруги была развязана открытая, наглая, грязная информационная война, центральной фигурой которой был тот самый старец, и власти ничего не сделали, чтобы пресечь репрессивными и информационными методами все грязные инсинуации. К 1917 году распутинская история просто потопила авторитет монарха в грязи. А ведь кроме тобольского старца были и другие не менее мутные истории юродивых и просто авантюристов, дискредитировавших царскую чету. Папюс, Матрёна Босоножка, Митька Козельский и другие окружали семью Николая II до Распутина и вред репутации монархии принесли не меньший.

Однако финалом монархии стал даже не сам факт отречения Николая II. Царь, как неглупый и порядочный человек, осознал свою неспособность управлять страной в столь суровых и сложных условиях, когда страна бурлит, ближние предают, и идёт большая война. Трагедия состояла в другом - выпавшее из рук последнего российского императора знамя монархии так и осталось лежать на земле, никто из многочисленных Романовых не решился его поднять. Даже брат низвергнутого Царя, Михаил Александрович, отказался от падающей прямо в руки короны. А ведь он долгое время считался лучшим из Романовых. Они все тупо испугались ответственности, и дальше случилось то самое "юбилейное" событие февраля 1917 года , в корне изменившее судьбу нашей Родины.

Да, Царя предало его ближайшее окружение. Но ведь это не первое предательство. Почему-то все забыли что в 1900 году с 1 по 28 ноября, когда Николай II заболел гриппом, его жена Аликс не допускала к нему иностранных врачей, которых предложила пригласить мать Царя Мария Фёдоровна. Аликс вместе с генералом Куропаткиным, будущим маньчжурским "героем", и рядом министров организовала заговор, в результате коего она должна была стать регентшей при пятилетней дочери Татьяне. Заговор сорвался только вследствие отказа премьер-министра Витте в нём участвовать. То есть властная верхушка была такова, что гражданская война могла случиться уже в 1900 году!

В заключении мы вынуждены констатировать, что к 1917 году Россия переживала все детские болезни ускоренного перехода в новые экономические отношения, наложившиеся на половинчатые и незаконченные социальные реформы конца ХIХ века, начатые Александром II. Правящий класс просто не хотел что либо менять. Если вдруг кто-то решался что-то менять, как Пётр Столыпин, то против него единым фронтом выступа вся аристократия во главе с Царём. Правящая верхушка России оказалась ни революционной, ни реакционной. Она была просто никакой и стремилась только к сохранению личной власти и материального благополучия. Внятных идей реформирования страны и тем более - людей, способных эти реформы реализовывать, не было ни у Царя ни у других вельмож и аристократов.

Сохранилось письмо Александры Фёдоровны, отправленное Царю 26 апреля 1916 года, с предложением переустройства жизни народа, в котором после победы предлагалось всех демобилизованных солдат отправить на принудительные работы по строительству железных дорог, что по замыслу автора должно будет отвлечь их от волнений. К слову, это едва ли не единственное найденное историками в переписке Николая II и Александры Фёдоровны предложение хоть что-нибудь предпринять. Вот в общем-то и всё. У такой власти не было никаких шансов избежать своего Февраля.

Удивительно, событиям февраля 1917 уже целый век, а мы до сих пор ощущаем на себе последствия того Февраля. И, что особенно важно - наше общество продолжает совершать ошибки, ставшие причиной социально-общественного землетрясения столетней давности, о чём мы собираемся поговорить в четвёртой, заключительной части.



В соавторстве Александр Запольскис и Виталий Запольскис


Специально для КОНТ