alex_leshy (alex_leshy) wrote,
alex_leshy
alex_leshy

Categories:

Т-64А как он есть (и немножко про Т-80), реальный опыт эксплуатации

Начнем с того, что при поступлении Т-64А в 1 гв. тд (ПрибВО) переучивание офицеров организовано было из рук вон плохо, то есть по книжкам ТОИЭ, при наличии в полку двух человек, знающих эти машины. Срок отводился примерно три недели, но других задач никто не отменял, поэтому каждый офицер в среднем «изучал» машину четыре-пять дней. А дальше – освоение на практике, с очевидными издержками.



Совсем другая картина была при получении Т-72. В Нижний Тагил отправили всех командиров и ЗКВ рот, ЗКВ батальонов и по одному взводному с роты. Там мы провели три недели, посетили все цеха, руками пощупали все детали, реально водили и стреляли. «Семинары» по устройству и обслуживанию для нас проводили начальники отделов КБ и заводские инженеры.

Со срочниками всегда происходило по иному: экипажи были «привязаны» к машинам. То есть при получении Т-64 мы получили экипажи из учебок. Когда Т-64 отправили в ГСВГ, с ними ушли экипажи. На Т-72 вновь пришли экипажи из учебок. Замечу, что ПМСМ, создание учебных частей и соединений – это величайшая катастрофа в СА, имевшая ряд тяжелейших последствий, которые справедливы и в РА. Одним из таких тяжелых последствий было то, что из учебных частей приходили неготовые к реальной эксплуатации в мирное время и, тем более, к войне, экипажи. Когда же подразделения стали комплектовать одним призывом, ровно 33% танковых войск тут же утратило какую-либо боеспособность.

Так вот, по документам (приказ МО) расход моторесурса на танки БГ составлял 250 км в год, УБГ – 3000 км, танков с повышенным расходом моторесурса (ПРМ) – 1500 км. При этом (важно!) командир полка имел право перераспределять расход между машинами УБГ, командир дивизии – дополнительно между машинами ПМР, командующий войсками округа (главком группы войск) – дополнительно между танками БГ. Все это – в пределах общего лимита УБГ, ПРМ, БГ соответственно полка, дивизии, округа (группы). А ГК СВ, НГШ и МО могли по сути по своему усмотрению выделять ресурс на отдельные мероприятия, не включая ресурс в общий лимит. Что сие означало на практике.

На практике в полку одни машины УБГ бегали по 5000 км в год, а другие стояли в ремонте в ожидании запчастей. А командир полка (реально разруливал НБТС) своим приказом перекидывал ресурс с одного танка УБГ на другой. Надо сказать, что в 70-е годы положение с запчастями на Т-64А было просто аховое, и некоторые танки УБГ стояли «мертвыми» по несколько месяцев.

Другой прием, сплошь и рядом применявшийся на практике, - это накрутка километража. Были такие несчастливые танки, которых «гробили» по вине эксплутации задолго до истечения пробега, необходимого для отправки в средний или капремонт. Поскольку в случае «признания» вины эксплуатации наказывали деньгами кого ни попадя, а реально – от комроты до ЗКВ полка, то естественным образом организовывалась коалиция, в которую входили приближенный мехвод комроты, сам комроты, комбат, ЗКВ роты, батальона и полка, начальник БТС полка. На заседаниях «штаба» этой коалиции решалось, с какого танка скрутить километраж и на какой его перебросить, то есть накрутить. Затем давалась команда подготовленному мехводу и он с помощью хитрого устройства сбрасывал и накручивал километраж. Этот фиктивный километраж заносился в формуляры. Так «мертвая» машина благополучно набирала километраж, необходимый для отправки в СР или КР, не сдвинувшись в реале ни на миллиметр.

На всяк случай пояснения: АКБ — аккумуляторные батареи; БГ — боевая группа (эксплуатации); БКП — бортовые коробки передач; БМ — боевые машины; БСВ — боевые стрельбы взводов; БТРЗ — бронетанковый ремонтный завод; БТС — бронированный тягач средний; БТУ — батальонные тактические учения; ВД — высокого давления; ВО — воздухоочиститель; ДТУ — дивизионные тактические учения; КР — капитальный ремонт; ОПВТ – оборудование для подводного вождения танка; ПРМ — танки боевой группы эксплуатации с повышенным расходом моторесурсов; РТУ — ротные тактические учения; СР — средний ремонт; ТЗ — тактические занятия; ТНА – танковая навигационная аппаратура; ТНВД — топливный насос высокого давления; ТО — техническое обслуживание; ТОиР — техническое обслуживание и ремонт; ТОИЭ — техническое описание и инструкция по эксплуатации; УБГ — учебно-боевая группа;

К расходу ресурса танков ПРМ и БГ относились гораздо строже. Если шла плановая боевая подготовка, то расход ресурса укладывался в отведенные приказом МО рамки. Плановые стрельбы, вождение, ТЗ проводили на танках УБГ. Стрельбы штатным снарядом, подводное вождение, БСВ, РТУ – на танках ПРМ с привлечением машин УБГ. На БТУ, ПТУ, ДТУ использовались танки БГ, причем на полигон они почти всегда перевозились железнодорожным транспортом. Однако во время моей службы и в ПрибВО, и в группе войск КАК МИНИМУМ один раз в год проходили «дополнительные мероприятия», как то: крупные учения (типа «Неман», «Запад», и прочие), опытные учения (например, по применению химоружия и дымовых средств или массовому пуску ТУР), показные учения (например, для руководства ОВД или лично товарища Хоннекера), внеплановые проверки (например Огарков однажды поднял в ГСГВ по тревоге с выходом на полигоны и боевой стрельбой одновременно пять дивизий!) и прочие мероприятия (например, выход нескольких дивизий ГСВГ к Одеру во время событий в Польше или перебазирование 10 гв. тд из Потсдама в Альтенграбов).

Благодаря дополнительным мероприятиям годовой пробег машин БГ нередко превышал 250 км. Если честно, за время службы в ГСВГ я помню только один год (1984), когда машины БГ уложились в 250 км (наверное потому, что в августе я поступил в ВА БТВ и не застал осенний финиш, который бывал жарким). А был год (1981, события в Польше), когда пробег танков БГ в нашем полку превысил 500 км!

Условия эксплуатации Т-64 боевой группы в линейных частях заметно отличалась от того, что описывают офицеры, служившие в «учебках». Прежде всего тем, что танки БГ в линейных частях всегда действуют в составе подразделения, как минимум – батальона. Причем 90% времени движения – это марш в колонне. Что совсем не похоже на движение одиночных машин в «учебке».

Например, поднимают по тревоге полк в Потсдаме и приказывают совершить марш к Эльбе, форсировать реку по дну, захватить плацдарм и отразить контрудар противника. Такая задача означает движение 94 танков и еще примерно 80 гусеничных машин ПО ОДНОМУ МАРШРУТУ протяженностью около 200 км с максимально возможной скоростью и на минимальных дистанциях. Я не могу описать словами, что такое летний марш армады свыше 150 гусеничных машин по разбитой дороге на лессовых и песчаных грунтах. Это надо видеть. Люди снаружи могут дышать только через респиратор или, на худой конец, марлевые повязки. Воздух насыщен не только мелкой пылью, но и сажей, частичками масла и топлива выхлопа десятков машин. Эта адская смесь стоит в воздухе несколько часов, она быстро забивает циклоны ВО.

Если не очистить ВО по прибытии в исходный район – всем движкам гарантирован «каюк». И движку наплевать, что там написано в ТОИЭ про ТО-1. Точно так же ему (движку) наплевать, что по документам эжекционное охлаждение должно прекрасно работать. На этом реальном маршруте, в реальном танке, движок задыхается и греется, не развивает мощность. Практически всегда первым сыпется движок в машине с девяткой в башенном номере (то есть последней в роте). И как бы ювелирно мехвод этой несчастной машины не работал с передачами и жалюзи, как бы ЗКВ ни юстировал ВО по меловой отметке, ничего не поможет.

Это я описал сравнительно «лояльный», типичный для мирного времени случай. Но однажды видел ситуацию, когда по одному маршруту летом выходила дивизия целиком (свыше 700 единиц гусеничной техники). Этот чудовищный шлейф пыли протяженностью более 100 км наверняка было видно из космоса… Поскольку это был первый опыт столь массированного применения Т-64А, все понадеялись на цифры, записанные в ТОИЭ. Итогом стали десятки угробленных 5ТДФ, шок командования, обвинения во вредительстве, срочная командировка в ГСВГ большой группы специалистов и руководства ХКБТМ, прибытие эшелона с запчастями из Харькова в адрес дивизии.

Про поток отказов Ситуация с пылевым износом и перегревом 5ТДФ постепенно улучшалась по мере накопления опыта эксплуатации танка в войсках и внедрения конструктивных доработок. Тем не менее, пылевой износ и перегрев – два характерных вида эксплуатационных «отказов» Т-64 всех модификаций. Здесь уже приводились цифры так называемого потока отказов для различных типов танков. Могу утверждать, что практическая значимость этих цифр – нулевая, потому что знаком с тем, как это делается.

Методика очень проста. Каждый месяц НБТС подает в вышестоящую инстанцию по табелю срочных донесений некий отчет с указанием пробега, отказов, ремонтов и текущего техсостояния машин. По каждому отказу в конечном счете принимается решение, чья была вина: завода или эксплуатации. Если вина завода, составляется акт рекламации, который реализуется лишь после того, как его подпишет представитель завода. По таким отказам, как: пылевой износ, износ ТНВД, перегрев, поломка торсиона, преждевременный износ гусеничной ленты, прогиб рычага подачи МЗ, нессиметричность кабины МЗ и многим другим, - ВСЕГДА указывается вина эксплуатации.

Это означает, что по каждому такому отказу командир части обязан провести служебное расследование и наказать виновных. Как правило, объявляется выговор мехводу-срочнику и (в лучшем случае) – комвзвода с комроты. Но ежели накрылось что-то серьезное, например движок или БКП, то указанных командиров «бьют рублем»: обычно удерживают одну треть оклада. Для «профилактики» страший начальник (комдив или командарм) в отдельных случаях добавляет к числу провинившихся НБТС и ЗКВ полка, также ударяя их рублем.

Ес-но, что в этих условиях отказы в частях тщательно скрывают и нивелируют всеми доступными способами. «Наружу» (и в конечном итоге, в отчет) попадает только то, что: а) явно выглядит заводским браком (то есть 100% пойдет в рекламацию); б) скрыть и ликвидировать своими силами никак не получится (например, раздутие канала ствола пушки).

Бесценным «источником» запасных частей для самостоятельного устранения отказов служат танки УБГ и, частично, ПРМ. Для этого их негласно разделяют на «стрельбовые» и «прочие». «Стрельбовые» танки – фигуры неприкасаемые. Офицеры удавят за любой болтик, снятый с этих танков, ведь на них сдавать проверку. «Прочие» танки используют при обучении вождению и на ТЗ. Именно с них снимают нужные детали СУО, МЗ и вооружения, и переставляют на танки, реально требующие ремонта. «Прочие» танки быстрее наматывают километраж и обычно каждый год два-три таких танка в полку подходит к рубежу капремонта.

И чем меньше остается пробеговых километров, тем уже смыкается вокруг танка кольцо жаждущих поучастовать в разграблении. Наконец, НБТС дает «зеленый свисток», и на танк набрасываются бригады разных подразделений: кому то нужен подогреватель, кому-то ТНВД, кто-то тащит торсионы и т.д. Обычно уже через пару суток вполне нормальный, «ходячий» танк превращается в жалкую развалину, которую тащат в КР на буксире.

Не подумайте, что описанная картина характерна только для Т-64. Отнюдь. Так происходило во всех частях и на любых танках. Просто на Т-64 эта система достигла своего апофигея. Поэтому не верьте цифрам потока отказов, в реальности все было заметно хуже.

Про торсионы, гусеницы, и «затылочный» пулемет Вот мы и добрались до ходовой части Т-64. Разбираем два ключевых вопроса: ломались ли торсионы и сколько километров был реальный пробег ходовой? На первый вопрос есть два ответа, и оба правдивых: «да, ломались» и «нет, очень редко». Второй ответ дал бы командир, у которого в подчинении сплошь танки БГ. Выше я уже говорил, что танки БГ 90% пробега двигаются в колонне. В этих условиях поломка торсиона маловероятна и на практике были единичные случаи, когда торсион ломали при наезде на валун, падении с насыпи и т.д.

Однако в линейных батальонах и полках есть и танки УБГ, на которых тренируют навыки вождения. Вождение, наряду с другими дисциплинами, сдается дважды в год на весенних и осенних проверках. А основное упражнение КВБМ – так называемая «шестерка»: «Преодоление препятствий и ограниченных проходов». За все время моей службы лишь однажды проверяющие потребовали сдавать упражнение «Вождение в колонне», а так все время – «шестерку».

На трассе этого упражнения есть два опасных для ходовой Т-64 препятствия: проход в противотанковом рву и бревно на участке заграждений и ограниченных проходов. Торсионы облегченной (без боекомплекта, части ЗИПа и топлива) шестьдесятчетверки ГАРАНТИРОВАНО ломаются, если: а) при спуске в ПТ ров не тормозить и въехать в него на скорости; б) въехать на бревно на скорости. В итоге расход 4-5 торсионов в год на «вожденческую» машину УБГ считался нормой. Для сравнения скажу, что подобные же проблемы были и на Т-62, но их не было на Т-72 и Т-80. Напротив, если «не ссать», то на Т-80 удавалось перелететь ПТ ров, не коснувшись его дна.

С торсионами иногда случались более серьезные казусы. Так, один из моих панцеров на учениях налетел на валун так, что не только сломало торсион, но и вырвало законцовку со шлицами на днище. Машину пришлось отправлять на БТРЗ в Кирхмезе, снимать башню и наваривать законцовку.

Читая отзывы об эксплуатации Т-64 в различных районах, встречаешь самые разные цифры по ходимости гусениц. В том числе и 7000 км (в КВО) и даже якобы 13000 км (в БВО). По своему опыту эксплуатации Т-64 в ПрибВО допускаю, что гусеницы отходили бы до среднего ремонта (7000 км), просто танки у нас забрали раньше, чем они пробежали такой километраж. В Германии, где грунты на полигонах в основном песчаные (известно высказывание Хоннекера, попавшего на один из полигонов: «А я и не знал, что в Германии есть пустыня»), или суглинистые с примесью песка и гальки, гусеницы однозначно ходили меньше – максимум 5000 км (если мехвод толковый). Обычно мы старались заменить гусеницы в промежутке 4300-4500 км. Кстати, для танков УБГ сразу за парком БМ лежали свернутые в «рулоны» новенькие гусеницы, которые было положено переобувать в случае войны.

Переходим к спаренному пулемету, который якобы всегда готов сделать контрольный выстрел в затылок мехводу. На мой взгляд, проблема надуманная. Да, такая опасность есть. Да, такие трагедии случались. Я лично их не видел, и приказов по таким случаям не помню. Думаю, это были единичные происшествия, значимость которых раздута значительно позже. Уверен, что не меньше народу убивали из спаренного пулемета на других типах танков, нередко убивало людей и другим оружием, например из зенитного пулемета. Такова танковая жизнь – танк это источник СИЛЬНО повышенной опасности. Чтобы от своего танка вовремя увернутся что внутри, что снаружи, требуется много знать, быть ловким и физически развитым. По-моему, если мне не изменяет склероз, на Т-64Б ввели блокировку электроспуска ПКТ при открытом люке мехвода и проблема вообще исчезла. Зачем на Т-64 сделали отворот башни по-походному влево на 28-00, для меня остается загадкой. Встречается мнение, что это сделано якобы для того, чтобы ствол пушки не утыкался в случае чего в спину командира впереди идущего танка. На мой взгляд,причина эта надуманная. Танки не трамваи и не ездят по колее строго в затылок друг другу. Поэтому за время эксплуатации Т-64 на ствол пушки надели не меньше (но и не больше) народу, чем на остальных типах танков.

И в завершении о танках Т-80. Писать с техническими подробностями о танке Т-80 мне гораздо сложнее, чем о Т-64. Дело в том, что с Т-80 я встречался уже на тех должностях, которые не предполагают тесного «общения» с проблемами ТОиР (слушатель академии, командир батальона, офицер ГК СВ). Ключевой фигурой в обеспечении боевой готовности, в обучении и воспитании солдат несомненно является командир роты. Если солдат чего-то не знает или не умеет, комроты должен либо научить, либо сделать это сам.

В теории солдат учат сержанты и командиры взводов, а командир роты учит сержантов. На практике ротный отвечает за все и нагрузка на него катастрофически велика. Мне повезло, что замом по вооружению у меня оказался выпускник Киевского ВТИУ Антонюк Владимир, который не только отлично знал Т-64, но и был прекрасным человеком по своим моральным качествам. Эксплуатация Т-64 требовала серьезного обучения солдат и постоянного контроля. На других типах танков «допуск» на разгильдяйство был гораздо шире. В целом, на должности командира роты досконально изучаешь все хитрости поддержания боеготовности техники. Командир батальона – это качественно другой уровень. Комбат – ключевая фигура танковых войск в военное время и в период боевого слаживания (учения, маневры). В мирное время комбат учит офицеров. Меня, как комбата, при эксплуатации танков больше заботили уже не технические, как ротного, а тактические вопросы: вождение колонны (здесь много своих хитростей), управление и связь, организация всестороннего обеспечения, взаимодействие. Поэтому я оценивал Т-80 в первую голову с точки зрения его оперативно-тактических возможностей. Хотя ЗКВ, конечно, докладывал и о технических проблемах, среди которых принципиально нерешаемых по сути не было. Когда появилась модификация Т-80У, вообще было впечатление посещения звездолета, случайно попавшего в танковые войска. Замечательная машина!

В целом Т-80 доставлял гораздо меньше хлопот, чем Т-64. Это был бы вообще почти идеальный танк, если бы не две его особенности: чудовищный РЕАЛЬНЫЙ расход топлива и невообразимая стоимость. Где-то прочитал, что Т-80 называли «танками Ла-Манша» на том основании, что они якобы могли быстро доехать до Атлантического побережья Франции. Смешно читать эти журналисткие «приблуды»: «Съест то он съест, дык кто ж ему даст!» В ТТХ танка Т-80 запас хода выглядит вполне прилично. Однако в реале, умноженный на коэффициент средней квалификации мехвода и условия движения в колонне, запас хода превращался в мизерную величину. Мне известны случаи, когда полностью заправленные батальоны Т-80 вставали «сухими» через 160-180 км.

Вторая проблема – стоимость. Уверен, что если бы, не дай Бог, началась большая война (например с НАТО или Китаем), на следующий день все заводы перешли бы на выпуск Т-72. А Т-80 в лучшем случае хватило бы на одну операцию начального периода войны. Кстати, до появления Т-72 ситуация выглядела вообще аховой – пришлось бы запускать в производство Т-62!

Подвожу итог. Командиры всех уровней в танковых войсках обязаны дважды в год подтверждать свою квалификацию стрельбой и вождением танка. Как танкист – член экипажа я был в восторге от возможностей Т-80У и до сих пор считаю его лучшим танком для сдачи итоговых проверок. Но как танковый командир, я понимаю, что Т-80 – не «военный» танк. Был ли смысл сохранять производство Т-80 ранее или восстанавливать его сейчас? Мне кажется, что смысла в этом нет.


за материал все бдагодарности- В. И. Мураховскому, собственно чьё и авторство.

Источник http://wap.tsushima9.borda.ru/?1-6-0-00000026-000-0-0-1197216815
Tags: опыт, танки
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment