Category:

Пара слов про идею социального капитала

Наше, в особенности западное, еще точнее — американское, обсуждение китайского эксперимента с социальным капиталом, обычно ведется с позиции ужаса практического воплощения в жизнь фантазий Оруэлла. 

В особенности когда существенные элементы китайского проекта пытаются перенять те или иные американские территории или компании. Как, например, в Кремниевой долине. Ой — ой — ой, как же можно, это попрание фундаментальных основ демократии! Это внесудебные расправы! Это давление, которое невозможно оспорить в суде! Это же волюнтаризм! Это нарушение гражданских прав и свобод! Это закабаление граждан всесильным государством точь в точь как описывал в своем романе знаменитый фантаст. Это наступает тьма!

Однако если прекратить истерику и задуматься, картина ставится несколько иной. Точно ли это Оруэлл - вопрос сильно спорный. На мой взгляд это скорее возврат к обычному конформистскому обществу, только на основе современных технологий. 

 По моему субъективному мнению рост уровня неадекватности и  агрессивности поведения людей тесно связан с осознанием безнаказанности  любых его последствий. Вот кто и что сделает, например, в соцсетях за  хамство? Забанит? И что хаму с того? 

Да, в жизни есть люди,  которые не скоты потому что внутренние человеческие душевные качества не  позволяют им подобного. Однако таких людей, к сожалению, очень сильно  не большинство. 

Точнее, не так. Таких людей вообще меньшинство,  при основной массе тех, кто в поведении равняется на "как все". А как  именно эти все - мнение формируется из субъективного восприятия  окружающей действительности. Если по жизни им видно, что хамы и скоты  устраиваются заведомо лучше всех прочих, а люди вежливые и культурные  стабильно оказываются в лузерах, за счет которых доминирует быдло,  значит и свое поведение они начнут корректировать в сторону хамской  модели. 

Потому что так банально можно. Потому что у другой существенной доли «человеков» их внутреннее дерьмо не лезет наружу только из-за сдерживающей роли внешних факторов. Опросы показывают, что примерно 34% общества не воруют не по причине личного морального неприятия подобного действия, а исключительно из-за страха перед неминуемостью наказания. То есть они хорошие не потому что сами по себе хорошие, а потому, что вести себя дурно им мешают внешние сдерживающие факторы. Но как только степень сдерживания ослабевает, или хотя бы людям кажется, что конкретно здесь и сейчас им «за это» ничего не будет, внутреннее дерьмо тут же лезет наружу.

Все эти бузящие в самолетах актеры, футболисты, депутаты, пацаны и бабы на тачках с понтовыми номерами, носители особых корочек и просто причисляющие себя к особой касте «стоящих над всеми» или «а ты знаешь, кто я, знаешь, кто у меня папа/мама», все они как раз и являются тому наглядными примерами в реальной жизни.

В свое время ключевым  фактором сдерживания внутреннего дерьма являлся конформизм общества,  жестко регламентировавший не только официальные, но и негласные  социально-поведенческие нормы. Их нарушение автоматически выкидывало  нонконформиста их реальной жизни, в которой его индивидуальное выживание  было тесно связано с взаимодействием с окружающими. А оно, это  взаимодействие, критично зависело от их личного к индивиду отношения.  При положительном помощь оказывалась легче, дешевле, охотнее и в куда  больших объемах. При отрицательном можно было оказаться в ситуации,  когда индивиду могли отказать даже в кредите снегом зимой. 

 Хочешь - не хочешь, эффект начинал сказываться достаточно быстро.  Асоциальной личности очень скоро становится жить хуже и помирать быстрее  социально конформистских. Тем самым формируя сильную положительную  обратную связь, влияющую на самые различные аспекты жизни. От  общественной до индивидуальной, от поведенческих моделей по этических  норм и характера реакции на их нарушение. 

Модель сломалась  сначала после масштабной индустриализации, разрушившей патриархальное  сельское общество, а потом вследствие роста городов и общей мобильности  населения. Сегодня в большинстве случаев друг друга толком не знают и  между собой не взаимодействуют даже жители одного подъезда многоэтажки,  не говоря уже о соседних районах города. 

Финальную точку  поставила либеральная общественная модель неотъемлемости личных свобод,  получаемых человеком просто по факту рождения. Что хочу то и ворочу.  Никто, включая какое то там общество, не имеет права личность к чему бы  то ни было принуждать. Разрешено все, что прямо не запрещено законом. Да  и если запрещено, то законы пишут люди, значит они могут ошибаться,  следовательно законы могут быть неправильными, то есть их тоже можно  нарушать. 

В ряде случаев такое нарушение даже служит признаком  высоты статуса. Согласно довольно широко признаваемому в обществе  принципу, степень личной крутости любого человека прямо зависит от  количества законов и норм, которые он может без негативных для себя  последствий нарушать публично. Мару Багдасарян помните? А сколько тех,  кто мечтает быть такой же крутой, как она? 

Прогрессом такой  процесс выглядит лишь на первый взгляд. В действительности он ведет лишь  эскалации социальной агрессии. Когда абсолютное большинство членов  общества считает соблюдение правил и норм для себя необязательным, более  того даже правильным, очень быстро правила и нормы попросту перестают  работать. А значит утрачивается их общественная синхронизирующая роль,  делающая поведение окружающих заведомо предсказуемым. А когда вы не  знаете, чего от всех ожидать, наиболее распространенной моделью  поведения становится превентивная самооборона, продиктованная банальным  страхом в кризисный момент оказаться неготовым и неспособным к  самозащите. 

Как верно отмечают психологи, дальше начинают  работать подсознательные комплексы. Сначала в виде роста уровня  разнообразных неврозов и фобий, а потом в виде легкости перехода к  прямому примитивному насилию, как единственно верному инструменту  разрешения любых конфликтов. 

Простыми увещеваниями, как показал  практика, проблема не лечится. Рассказы про "давайте жить дружно" не  просто перестают восприниматься, они прямо и публично высмеиваются. Так  что китайцы придумали действительно хороший механизм практического  возврата современного общества назад в рамки конформистского  общественного механизма. 

Человек по-прежнему может делать все,  что ему вздумается. Но последствия тоже только за его счет. Причем не  когда-нибудь в далеком будущем, а практически сразу. Не умеешь вести  себя в общественных местах? Значит доступ туда тебе закрывается.  Придерживаешься наплевательских взглядов на общество? Значит обществу на  твои проблемы становится наплевать тоже. Хрен тебе, а не доступ в  гостиницы, к поездам и скидками на товары и услуги. Сиди только в своей  норе и жри минимальную пайку. 

Что еще важно, если репутацию  испортил, для ее исправления мало просто один раз пролить слезы  раскаяния и трогательно пошмыгать носом. Достойность возврата в круг  нормальных людей становится необходимым прямо доказывать. Причем не  разовым действием, а множеством длительных повседневных поступков. 

 Судя по популярности идеи социального капитала у китайского населения,  эта система действительно работает. В том смысле что китайцы ее  преимущества для собственной жизни действительно ощущают. Так что  сводить все только к механизму государственной слежки за населением  мягко скажем неверно.

По крайней мере на мой взгляд. 

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded