alex_leshy

Categories:

Власть бензоколонки, часть 2/III

 Часть 1/III читать тут 

Сегодня соотношение отличается: таблица актуальна на конец 2017 года, а с января 2018 года правительство РБ повысило ставку акциза на топливо на 10 %. Однако, учитывая, что сама доля акциза в цене топлива колеблется в пределах 10–20 %, это изменение не помешает нам пользоваться таблицей. 

Итак, мы видим:

1. АЗС зарабатывают на премиальных сортах топлива (АИ-98 и ДТ-Арктика). В остальном же их выручка — 7,14–8 % от стоимости литра бензина или дизтоплива. Кстати, самое время показать, от каких величин мы считаем эти проценты.

Это данные на 17 октября 2018 года. Однако, перейдя на источник, всегда можно отследить актуальную стоимость топлива, в т. ч. в основных валютах. 

2. Доля налогов в цене литра топлива колеблется из-за того, что на топливо разных видов и марок акцизы устанавливаются отдельно. Как видим, наименьший он на ДТ-Арктика, наибольший — на АИ-92. Наиболее очевидное объяснение — АИ-92 наиболее популярен у автовладельцев, а низким акцизом премиального топлива государство даёт возможность НПЗ быстрее вернуть расходы на модернизацию. Кстати, акциз на АИ-98 также наименьший среди бензинов. Таким образом доля государства в розничной стоимости литра колеблется от 26,37 до 36,49 %. Эти деньги уходят напрямую в бюджет. 

Небольшая ремарка для впечатлённых аргументами Youtube-анализа. Правительство республики, реагируя на повышение цены на нефть и связанное с ним повышение розничной стоимости топлива (а также в связи с налоговым манёвром РФ), ещё летом запланировало на 2019 год 25%-ное снижение акциза на топливо. Делать это оперативно, реагируя на изменения котировок каждый месяц, а то и каждую неделю, невозможно: бюджет планируется на год, и предприниматели должны чётко понимать свои расходы. Частая корректировка налогов в результате ведёт к тому, что бизнес начинает страховать свои риски, закладывая возможные убытки от изменения ставок налогов в розничную цену. 

3. Наибольшую долю в цене топлива занимает отпускная цена НПЗ. Учитывая, что белорусские НПЗ пока приобретают топливо по внутренней российской цене (белорусскую добычу нефти мы можем исключить по той причине, что большая её часть экспортируется в сыром виде), а стоимость литра топлива на белорусской и российской заправке отличается крайне незначительно, доля собственно нефти в структуре розничной цены должна быть примерно такой же, как в РФ. 

К примеру, в 2017 году российская нефть обходилась Беларуси в примерно 289 долл. за тонну. Это очень выгодно. Скажем, на мировом рынке при цене 55 долл./барр. тонна нефти марки Brent стоила 403 доллара. 

Если сегодня это соотношение сохраняется, НПЗ должны экономить всё те же 100–110 долл. на тонне нефти. Но с учётом резкого роста её цены разница могла даже вырасти.

В России доля нефти в цене топлива, по различным оценкам, колеблется в пределах 9–11 % (см. ниже). Т. е. получается, что от 43 до 55 % розничной выручки забирает НПЗ. Почему так много? 

На самом деле немного. Во-первых, сами производители утверждают, что их маржа за 5 последних лет упала с 124 до 50 долл. с каждой проданной тонны топлива. Более того, на Мозырском НПЗ по итогам 9 месяцев ожидают убытки, а совсем не прибыль. «Основные причины — повышение котировок на нефть, изменение курса белорусского рубля и недостаточный уровень цен на АЗС при реализации нефтепродуктов», — перечисляет корреспонденту БелТА и. о. заместителя генерального директора Мозырского НПЗ Олег Протасов. Надо думать, что после налогового манёвра маржа упадёт ещё сильнее. 

Во-вторых, отпускная цена на топливо для внутреннего и для внешнего рынка отличается, об этом как раз тоже говорит Протасов. Фактически белорусские НПЗ дотируют белорусов за счёт того, что на экспорте они зарабатывают с одной тонны топлива на 100–150 долл. больше. В-третьих, НПЗ с этой выручки финансируют программу модернизации (подробнее о ней см. тут).

Россия

Структура цены на топливо в России отличается за счёт ряда факторов. Во-первых, Россия не просто обеспечивает себя нефтью сама, но и активно экспортирует её на внешний рынок. А значит, её налоги на нефтедобычу и нефтепереработку будут отражать этот статус.

Т. е. если в Беларуси максимальная доля государства в литре топлива составляет 36,5 %, то в России — более 60 % для бензина и около 55 % для дизтоплива. Впрочем, этим летом соотношение изменилось: правительство согласилось снизить акциз на 3000 руб./т и на дизтопливо — на 2000 руб./т. Т. е. доля акциза снизилась примерно до 12–13 %, а общая доля налогов в литре — до 53,9 %. 

Но мы всё равно приводим именно эту таблицу. Во-первых, потому что уже со следующего года ставка акциза станет даже выше, чем она была до 1 июня 2018 года (вырастет на 3700 рублей/т для бензина и 2700 рублей/т для дизтоплива). Во-вторых, в ближайшие годы визуализация будет меняться каждый год из-за налогового манёвра. Но к этому мы ещё вернёмся. 

Маржа сетей — менее 1 %, плюс ещё 8 % сети АЗС покрывают расходы, тогда как в Беларуси она колеблется от 7,14 до 14 %.

В цене российского бензина, на первый взгляд, не видно производителя. Нет тех 53–65 %, которые уходят белорусским НПЗ. Объясняется это местной спецификой: около 90 % рынка — это несколько вертикально интегрированных компаний (ВИНК), контролирующих процесс от скважины до заправочного «пистолета».

В таких случаях можно подсчитать, сколько получает нефтедобыча, сколько — переработка и реализация. Но подсчёт этот будет довольно условным, поскольку менеджмент может искусственно перегонять прибыль от одной стадии к другой. Маржа АЗС так невелика как раз потому, что сами они — своего рода заправочные «пистолеты» для оптовиков. А они, в свою очередь, — сбытовые отделы производителей. 

Как раз поэтому налогом обложены все стадии: на этапе добычи компании платят налог на использование недр. Затем — акциз, взимаемый с тонны бензина или дизтоплива. И НДС — после того, как топливо попадает из колонки АЗС в бак автомобиля. Кстати, Россия не единственная страна, где около 2/3 розничной цены забирает государство — в Израиле доля налогов примерно такая же. 

Ещё одна новация, не отражённая в картинке, касается государственного регулирования цен на топливо в РФ. В этом году компании добились от правительства возмещения 50 % от разницы между экспортной ценой топлива и ценой на российском рынке. И продолжают добиваться второй половины. В структуру розницы эти деньги не вписать никак. Но будем держать в уме, что производители теперь зарабатывают больше.


 Часть 3/III читать тут 

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded